Поднимаюсь по склону Никольской — сто метров над бухтой, старый вулканический купол, въевшийся в самую плоть города. Камень под ногами помнит извержения, что гремели здесь задолго до первых изб. Отсюда видно, как Авачинская губа режет берег, а за её синевой — Корякский, Авачинский, Вилючинский — зубцы главного хребта. Тут же, среди травы и ветра, стоят чугунные пушки и плиты обороны — память о том, как сопка держала осаду. Простое место: город у ног, океан в дымке, а ты — на перекрёстке времён.